Немецкий с нуля: как дойти от первых слов до настоящего разговора
Немецкий с нуля: как дойти от первых слов до настоящего разговора
Анна Волкова готовилась к переезду в Мюнхен три месяца. Она собрала документы, купила зимнюю куртку, распечатала приглашение от TU München на магистратуру по машиностроению и была совершенно уверена, что с языком проблем не будет. В школе в Екатеринбурге у неё был немецкий, пусть и десять лет назад и почти весь забытый. А ещё все вокруг твердили одно и то же: "да там все говорят по-английски, не переживай".
Первую неделю так и было. Куратор программы в приёмной комиссии Studienkolleg действительно перешёл на английский, как только увидел растерянное лицо Анны. Но дальше начались настоящие немецкие будни.
В Бюргерамт (районное регистрационное бюро, куда обязан явиться каждый, кто снимает жильё в Германии) Анна пришла на Anmeldung, обязательную регистрацию по месту жительства. Женщина за окошком заговорила быстро, без пауз, глотая окончания, и через десять секунд Анна поняла, что не разбирает уже не отдельные слова, а вообще ничего. Что-то про Mietvertrag (договор аренды), что-то про Termin (запись), какую-то Frist (срок), после которой документ не примут. Английский чиновница знала, но говорить на нём не собиралась: это государственное учреждение, а не отель. Анна протягивала бумаги наугад, кивала, переспрашивала "wie bitte?" (простите, как?) три раза подряд, и в итоге ушла, так и не поняв до конца, приняли у неё документы или отправили на пересдачу через две недели.
Вечером было хуже. На общей кухне общежития соседка по этажу, студентка из Баварии, между делом спросила что-то про стиральную машину: занята ли она, чья сегодня очередь, не забыл ли кто-то забрать бельё. Обычный бытовой разговор, три предложения, ничего сложного. Анна уловила слово Waschmaschine (стиральная машина) и больше ничего. Она стояла с чашкой чая и улыбалась, как обычно улыбаются, когда не понимают ни слова, но не хотят это показывать. Соседка вежливо подождала, потом махнула рукой и сказала что-то вроде "ладно, забей", и ушла. Обиды не было, но было очень стыдно.
В ту ночь Анна открыла ноутбук и вместо того, чтобы в очередной раз копировать фразы в Google Переводчик, зарегистрировалась на курс немецкого. Не потому что это было модно или для галочки в резюме, а потому что стало окончательно ясно: жить в Мюнхене на английском и переводчике в телефоне можно только в теории. На практике так живут люди, которые постоянно чувствуют себя гостями в собственной жизни.
История Анны совсем не редкость. Тысячи людей оказываются перед немецким не из абстрактного интереса к языкам, а потому что так сложилось: учёба, работа, партнёр, переезд к родственникам. И почти все начинают там же, откуда начала Анна: с нуля, с забытых школьных обрывков и наивной надежды, что как-нибудь пронесёт. Не проносит. Зато путь от нуля до нормального разговора вполне реален, и в этой статье будет разобрано, из чего он состоит: зачем вообще учить немецкий, как устроен язык, что учить в первую очередь, на чём чаще всего теряют время и сколько в итоге всё это займёт.
Зачем учить немецкий: не только ради диплома
Немецкий, если считать только носителей языка, самый распространённый родной язык в Евросоюзе, опережающий французский, итальянский и испанский. На нём говорят около 100 миллионов человек как на родном: в Германии, Австрии, немецкоязычных кантонах Швейцарии, а также в Лихтенштейне, Люксембурге, части Бельгии и на севере Италии. С учётом тех, для кого немецкий второй или иностранный, цифра переваливает за 130 миллионов.
Экономический довод не требует долгих объяснений. Германия располагает крупнейшей экономикой Европы и, в зависимости от года, третьей или четвёртой по величине экономикой мира, построенной на экспорте автомобилей, промышленного оборудования, химической продукции и точного машиностроения. Volkswagen, Siemens, Bosch, BASF, SAP, Bayer, Mercedes-Benz: это не просто бренды, а гигантские работодатели с офисами по всему миру, и очень многие вакансии в этих компаниях, даже за пределами Германии, отдают предпочтение кандидатам, владеющим немецким.
Дальше идёт то, что в самой Германии давно перестало быть новостью: Fachkräftemangel, структурная нехватка квалифицированных кадров. Население стареет, рынок труда сжимается, и государство годами целенаправленно привлекает специалистов из-за рубежа: инженеров, айтишников и особенно медицинский персонал, где дефицит настолько острый, что выстроены целые программы найма медсестёр и сиделок из Филиппин, Индии и других стран. Для этого созданы EU Blue Card (голубая карта ЕС для высококвалифицированных специалистов) и более новая Chancenkarte (карта возможностей). А для регулируемых профессий вроде медицины уровень немецкого, обычно B1 или B2, не пожелание, а формальное требование для получения лицензии на работу.
В науке и образовании Германия тоже держит планку заметно выше своего размера. По числу нобелевских лауреатов в естественных науках страна уступает только США и Великобритании, а немецкие университеты, особенно в инженерии и физике, остаются одними из сильнейших в мире. Для российских студентов это направление особенно знакомо: Германия много лет остаётся одной из самых популярных стран для учёбы за рубежом, работают стипендии DAAD (Германская служба академических обменов), а академические и научные связи между странами насчитывают не одно столетие, от русских студентов в немецких университетах XIX века до нынешних совместных исследовательских проектов. Многие магистерские программы сегодня преподаются на английском, но немецкий всё равно открывает то, что английский не покрывает: неформальные разговоры с профессорами, места в лабораториях, стажировки и просто студенческий быт, который в Германии ведётся почти полностью по-немецки, независимо от языка лекций.
И отдельно, вне всякой практической выгоды, существует культурный вес самого языка. Немецкий язык подарил миру Гёте, Кафку и Томаса Манна, Канта, Ницше и Гегеля, Баха, Бетховена и Брамса. На немецком написаны одни из самых влиятельных текстов философии и психологии: Фрейд и Юнг тоже писали по-немецки. Если когда-нибудь хотелось прочитать этих авторов в оригинале, а не через сглаживающий фильтр перевода, немецкий и есть цена входного билета.
Ничего из перечисленного обычно не становится первой причиной начать учить язык. Первая причина чаще похожа на историю Анны: учёба, работа, семья, переезд. Но общая картина важна, потому что отвечает на вопрос, который неизбежно возникает примерно на третьем месяце занятий, когда мотивация проседает, а грамматика кажется бесконечной: а оно того вообще стоит? По немецкому ответ честно да, почти по любому критерию.
Насколько это сложно: взгляд со стороны
Институт заграничной службы США (Foreign Service Institute), готовящий американских дипломатов, десятилетиями ранжирует языки по количеству часов, которое обычно требуется носителю английского для выхода на профессиональный уровень владения. Испанский, французский и итальянский попадают в первую, самую лёгкую категорию: около 600–750 часов. Немецкий стоит в отдельной, второй категории, ближе к 900 часам.
Показатель, конечно, рассчитан для англоязычных студентов, но сама логика применима и здесь: немецкий грамматически заметно сложнее романских языков, и дело не в словарном запасе. У немецкого и русского не так много общих корней, зато у немецкого много общего с английским, поскольку оба языка германские: "Haus" и house, "Wasser" и water, "Buch" и book. Дополнительные часы уходят не на слова, а на грамматику: систему падежей, род существительных и порядок слов, которые устроены совсем не так, как в русском. Это всё осваиваемо, просто требует другого типа автоматизма, который нарабатывается только повторением.
900 часов звучат пугающе, если произнести их одним числом. Растянутые на два-три года регулярных занятий, по несколько часов в неделю плюс практика, они перестают выглядеть подвигом и превращаются в обычный, реализуемый проект: что-то вроде подготовки к марафону, который раньше никогда не бежал.
Произношение: логичнее, чем кажется на первый взгляд
Первый приятный сюрприз для начинающих: немецкое письмо на удивление последовательное. Выучив правила один раз, можно правильно прочитать почти любое незнакомое немецкое слово. Никакого английского хаоса, где "though", "through", "tough" и "thought" пишутся почти одинаково, а звучат совершенно по-разному.
Умляуты: ä, ö, ü
Эти три буквы с двумя точками наверху меняют звук гласной целиком. "Ä" звучит примерно как русское "э" в слове "эти". "Ö" не имеет точного аналога в русском: губы складываются как для "о", а произносится что-то среднее между "о" и "ё", без округления в конце. "Ü" работает похоже: губы вытянуты трубочкой, как для "у", а звук получается ближе к "ю" без йотирования. На слух и на язык эти звуки первое время кажутся чужими, и это нормально: это одни из немногих звуков немецкого, которые требуют реальной новой артикуляции, а не просто привычки к письму.
Острое S: ß
Буква ß называется эсцет (Eszett) или "острое эс" и обозначает долгий звук "с". Появляется она только после долгих гласных и дифтонгов, поэтому "Straße" (улица) читается примерно как "ШТРАСЕ", без разрыва звука. В Швейцарии от буквы ß давно отказались в пользу двойного "ss", но в самой Германии она встречается постоянно, особенно на письме.
W, V и Z: главная путаница для новичка
Вот что сбивает почти всех в первую неделю. Немецкое "w" читается как русское "в": Wasser (вода) звучит как "ВАССЕР". А вот "v" обычно читается как русское "ф": Vater (отец) превращается в "ФАТЕР". И "z" читается как "ц", никогда как русское "з": Zeit (время) звучит как "ЦАЙТ". Как только это укладывается в голове, оно остаётся навсегда, но первые пару недель язык будет по инерции произносить "w" как русское "у" или "в" неправильно, и это совершенно нормальный этап.
Два звука CH
Немецкое "ch" произносится по-разному в зависимости от того, что стоит перед ним. После "e" и "i" это мягкий шипящий звук у передней части нёба, близкий к чему-то между русским "хь" и "щ": ich (я) звучит примерно как "ихь", nicht (не) как "нихьт". После "a", "o" и "u" звук становится жёстче и глубже, ближе к русскому "х", только более гортанному: acht (восемь) звучит как "ахт", Nacht (ночь) как "нахт". Оба варианта требуют практики на слух: гораздо полезнее слушать носителей и повторять за ними, чем читать описание положения языка.
SP и ST в начале слова
Когда слог начинается на "sp" или "st", немцы произносят их как "шп" и "шт". Sprache (язык) звучит как "ШПРАХЕ". Stadt (город) звучит как "ШТАДТ". Правило работает без исключений, так что достаточно выучить его один раз и дальше применять автоматически к любому новому слову.
Ударение и знаменитые длинные слова
Ударение в немецком слове обычно падает на первый слог корня, но приставки "be-", "ge-", "ver-", "ent-" и "zer-" безударны, из-за чего ударение сдвигается на слог позже, чем интуитивно ожидает новичок. Что касается пугающе длинных составных слов, из-за которых немецкий стал героем десятков шуточных списков в интернете, секрет прост: перестать видеть в них одно непроизносимое слово и начать видеть несколько обычных слов, слепленных вместе. Handschuh (перчатка) буквально означает "рука-обувь". Kühlschrank (холодильник) буквально "прохладный шкаф". Как только появляется привычка разбирать составные слова по частям, их длина перестаёт пугать.
Основы грамматики: четыре вещи, которые правда важны
Не обязательно освоить всю грамматику немецкого до того, как начать говорить, и попытка сделать именно так (распространённый способ отговорить себя от практики). Но есть четыре структурные особенности, которые встречаются постоянно, и понимание их с самого начала экономит месяцы путаницы позже.
Три рода без надёжной системы
Каждое немецкое существительное мужского рода (der), женского (die) или среднего (das). В отличие от испанского или итальянского, здесь нет надёжного окончания, которое подсказывало бы род. Der Tisch (стол) мужского рода. Die Tür (дверь) женского. Das Mädchen (девочка) среднего рода по довольно абсурдной причине: любое существительное с уменьшительным суффиксом "-chen" автоматически становится средним, независимо от того, к кому или чему оно относится. Да, формально в немецком языке девочка обозначается словом среднего рода, буквально "оно". Носители языка об этом даже не задумываются, они впитали это в детстве. Взрослому изучающему приходится учить это осознанно.
Практическое решение то же самое, что работает для любого языка с грамматическим родом: никогда не учить существительное без артикля. Не запоминать "Tisch", а сразу запоминать "der Tisch". Мозг начинает хранить их как единое целое, и со временем правильный артикль просто "ощущается" верным, примерно как это происходит у носителей языка.
Четыре падежа: настоящая точка роста
Именно этим немецкий отличается от большинства языков, которые обычно учат вторыми после школьного английского. В немецком четыре падежа: Nominativ (именительный, подлежащее), Akkusativ (винительный, прямое дополнение), Dativ (дательный, косвенное дополнение) и Genitiv (родительный, принадлежность, хотя в разговорной речи его всё чаще заменяет простая конструкция с предлогом "von").
Артикли меняются в зависимости от падежа. "Der Mann" (мужчина, именительный) превращается в "den Mann" (винительный), "dem Mann" (дательный) и "des Mannes" (родительный, где ещё и к самому существительному добавляется окончание). Прилагательные тоже меняют окончания, в зависимости от падежа, рода и того, стоит ли перед ними определённый или неопределённый артикль.
Звучит громоздко, если пытаться выучить это как список правил разом. На практике это превращается в узнавание образцов. Начинающие обычно сначала осваивают именительный и винительный падежи, поскольку они покрывают большинство бытовых фраз, и добавляют дательный, когда базовый разговор уже даётся легко. Родительный падеж можно оставить на потом: даже носители языка в разговорной речи чаще используют "von", чем настоящий генитив.
Порядок слов: глагол на втором месте
В стандартном немецком предложении спрягаемый глагол всегда стоит на втором месте, что бы ни стояло перед ним. "Ich gehe heute ins Kino" (я иду сегодня в кино) можно перестроить в "Heute gehe ich ins Kino" (сегодня я иду в кино), и глагол "gehe" остаётся на втором месте в обоих случаях, а подлежащее сдвигается после него. Русскоязычному человеку это даётся немного легче, чем англоговорящему, потому что порядок слов в русском и так гибкий, но привычка ставить глагол сразу после подлежащего всё равно мешает первое время.
Придаточные предложения добавляют ещё один поворот: спрягаемый глагол уезжает в самый конец. "Ich weiß, dass er heute kommt" (я знаю, что он сегодня придёт) ставит "kommt" в самый конец придаточной части, после "heute". Поначалу это ощущается как что-то вывернутое наизнанку, но становится автоматическим уже через пару месяцев регулярной практики.
Отделяемые приставки
У многих немецких глаголов есть приставки, которые в настоящем и простом прошедшем времени отрываются от глагола и уезжают в конец предложения. "Aufstehen" (вставать) превращается в "Ich stehe früh auf" (я встаю рано), где "auf" оказывается в самом конце фразы. В отрыве от контекста это выглядит странно, но подчиняется той же логике, что и правило второго места: спрягаемая часть глагола занимает вторую позицию, а всё, что должно "тянуться следом", тянется следом, вплоть до конца предложения.
Первые 100 слов по темам
Слова запоминаются лучше, когда сгруппированы по теме, а не вбиты в память случайным списком. Вот стартовый набор по темам, которые встречаются в разговоре постоянно.
Числа от 1 до 20: eins (один), zwei (два), drei (три), vier (четыре), fünf (пять), sechs (шесть), sieben (семь), acht (восемь), neun (девять), zehn (десять), elf (одиннадцать), zwölf (двенадцать), dreizehn (тринадцать), vierzehn (четырнадцать), fünfzehn (пятнадцать), sechzehn (шестнадцать), siebzehn (семнадцать), achtzehn (восемнадцать), neunzehn (девятнадцать), zwanzig (двадцать).
Цвета: rot (красный), blau (синий), grün (зелёный), gelb (жёлтый), schwarz (чёрный), weiß (белый), braun (коричневый), orange (оранжевый), rosa (розовый), grau (серый).
Еда и напитки: das Brot (хлеб), das Wasser (вода), der Kaffee (кофе), das Bier (пиво), der Apfel (яблоко), der Käse (сыр), das Fleisch (мясо), das Gemüse (овощи), das Ei (яйцо), die Milch (молоко).
Семья: die Mutter (мать), der Vater (отец), der Bruder (брат), die Schwester (сестра), das Kind (ребёнок), die Großmutter (бабушка), der Großvater (дедушка), die Familie (семья), der Mann (мужчина/муж), die Frau (женщина/жена).
Время: heute (сегодня), morgen (завтра), gestern (вчера), jetzt (сейчас), später (позже), die Woche (неделя), der Monat (месяц), das Jahr (год), а также дни недели: Montag (понедельник), Dienstag (вторник), Mittwoch (среда), Donnerstag (четверг), Freitag (пятница), Samstag (суббота), Sonntag (воскресенье).
Заучивание слов сразу с артиклями закладывает привычку, которая потом сильно облегчает работу с падежами. Поначалу кажется, что это замедляет процесс. На деле это экономит огромное количество разочарований позже.
Фразы для настоящей повседневной жизни
Списки слов полезны, но живой разговор строится в основном на устойчивых фразах, а не на отдельных словах. Небольшой набор выражений закрывает огромную часть бытовых ситуаций: приветствие, заказ еды, просьба счёта, вопрос дороги, извинение за непонимание и просьба повторить сказанное. Виджет с фразами на этой странице даёт рабочий набор, разбитый по ситуациям, которым реально можно пользоваться уже в первый день пребывания в немецкоязычной стране.
Ресурсы и методы, которые действительно работают
Учебники остаются надёжной опорой для структуры, особенно там, где грамматику трудно освоить одним погружением в среду. "Menschen" (издательство Hueber) и "Netzwerk" (издательство Klett) широко используются в языковых курсах и школах, проводя ученика от A1 до B1 по чёткой, постепенной программе. "Studio 21" это ещё один распространённый выбор с похожей структурой.
Приложения работают лучше как дополнение, а не как самостоятельный метод. Duolingo и Babbel неплохо подходят для ежедневного повторения лексики. Anki, приложение для карточек на основе интервального повторения, особенно хорошо заходит именно для немецкого, потому что заставляет мозг активно вспоминать род и падежные окончания, а не просто узнавать их пассивно. Бесплатная платформа Deutsche Welle "Deutsch lernen" (немецкой государственной вещательной компании) незаслуженно недооценена: она создана специально для изучающих язык и доступна на всех уровнях.
Практика на слух закрывает то, что не может дать ни один учебник. Канал "Easy German" на YouTube берёт интервью у реальных людей на улице с субтитрами и на немецком, и на английском, что отлично связывает письменную грамматику с тем, как люди говорят на самом деле. "Slow German" делает похожее через подкаст-эпизоды, записанные нарочито медленно.
Официальная сертификация оформляется через Goethe-Institut, telc или австрийский ÖSD, все они предлагают экзамены, откалиброванные по уровням CEFR (от A1 до C2). Это важно для визовых заявлений, поступления в университет и многих собеседований на работу, так что если у немецкого есть конкретная практическая цель, стоит заранее выяснить, какой именно сертификат для неё нужен.
Языковой обмен (тандем), то есть общение с носителем немецкого, который в обмен хочет практиковать русский или английский, один из самых недооценённых ресурсов. Приложения вроде Tandem и italki упрощают поиск партнёра, а сам формат заставляет говорить по-настоящему, а не заниматься пассивным изучением.
Ошибки, которые отнимают больше всего времени
Откладывание рода "на потом". Начинающие часто решают выучить артикль позже, когда слово уже отложится в памяти. Это почти всегда работает в обратную сторону: род усваивается гораздо легче вместе со словом, чем задним числом, когда слово уже хранится в памяти без него.
Русский порядок слов с немецкими словами. Это самая распространённая структурная ошибка, и человек, который её делает, обычно её даже не замечает. Привычка ставить глагол там, где он стоит в родном языке, настолько сильна, что перебороть её получается только через осознанные, повторяющиеся исправления.
Ложные друзья переводчика. У немецкого и английского много общей лексики, что делает исключения особенно коварными, но и в паре немецкий-русский их хватает. Gift значит не подарок, а яд. Also значит не "тоже", а "итак" или "следовательно". Bekommen значит не "становиться", а "получать" (типичная ловушка, потому что похоже на "become"). Rat значит не крысу, а совет. Chef значит не повара, а начальника. Handy значит не прилагательное "удобный", а мобильный телефон. Стоит завести отдельный список таких слов по мере встречи с ними: они запоминаются легко именно потому, что ошибиться в них немного смешно.
Путаница ei и ie. Эта пара ловит почти каждого новичка хотя бы раз. "Ei" читается как русское "ай": Wein (вино) звучит как "вайн". "Ie" читается как долгое "и": Liebe (любовь) звучит как "либе". Интуиция часто подсказывает обратное, потому что написание сбивает с толку.
Дословный перевод. Порядок слов, место глагола и употребление предлогов в немецком часто вообще не совпадают с русским. Попытка собрать немецкое предложение, переводя русское слово за словом, даёт грамматически сломанную конструкцию, даже если каждое отдельное слово переведено верно.
Игнорирование практики на слух. Изучение грамматики по учебнику без регулярного прослушивания живой немецкой речи оставляет учащегося способным более-менее читать и писать, но почти неспособным понимать естественную речь на нормальной скорости. Оба навыка нужно развивать параллельно, а не по очереди.
Реалистичный график: от A1 до B1
Оценки ниже предполагают регулярные занятия, примерно три-пять часов в неделю, включая уроки, самостоятельную работу и практику на слух.
Через 1 месяц (около 25–30 часов): можно представиться, поздороваться в формальной и неформальной ситуации, заказать еду и напитки, посчитать и справиться с очень короткими бытовыми делами. Это фундамент для уровня A1.
Через 3 месяца (около 80–100 часов): уровень A1 в целом закрыт. Получается справляться с бытовыми ситуациями короткими репликами, понимать несложные письменные тексты и вести простой разговор на знакомую тему, если собеседник говорит медленно.
Через 6 месяцев (около 180–220 часов): идёт продвижение через A2. Становятся посильными повседневные ситуации, прошедшее время, сравнения и чуть более сложные конструкции. Разговоры с носителями, которые подстраивают темп под собеседника, становятся вполне рабочими.
Через 1 год (около 350–400 часов): приближение к B1 или уже вход в этот уровень, который принято считать порогом самостоятельного, функционального владения языком. Получается выражать мнение, описывать пережитое, понимать основную мысль обычной чёткой речи и справляться с большинством бытовых бюрократических ситуаций (визит к врачу, встреча в банке, разговор с арендодателем) без посторонней помощи.
Через 2 года (около 700–900 часов): уровень B2 или приближение к нему, который обычно считается точкой, где реалистично говорить о профессиональном владении языком, что совпадает с общей оценкой Института заграничной службы США для немецкого.
Эти цифры предполагают сочетание структурных занятий и ежедневного контакта с языком. Самостоятельное изучение без преподавателя, который вовремя поправит падежные и порядковые ошибки, обычно занимает заметно больше времени для выхода на тот же уровень, просто потому что неправильные конструкции успевают закрепиться в привычке.
Почему структурный курс меняет траекторию
Немецкий вознаграждает структурность больше, чем большинство языков, именно потому что многие его правила (падежные окончания, порядок слов с глаголом на втором месте, распределение родов) легко практиковать неправильно месяцами, даже не замечая ошибки. Приложение не заметит, что винительный падеж уже полтора месяца стоит там, где должен быть дательный. Преподаватель заметит это на первом же занятии, где это всплывёт.
Хороший курс с первого занятия заставляет говорить, а не только пассивно копить словарный запас, к чему обычно склоняют приложения. И даёт то, что одиночный изучающий редко создаёт себе сам: дедлайн, группу и повод регулярно приходить на занятия даже в те недели, когда мотивация проседает.
Через год после того вечера на кухне общежития Анна снова столкнулась с бюрократией: пришло время продлевать вид на жительство, а значит, снова идти в Бюргерамт. На этот раз она записалась на приём онлайн сама, собрала документы по чек-листу, который сама же и составила, прочитав инструкции на немецком, и прошла всю встречу без единого "wie bitte?". Чиновница, увидев, что перед ней не растерянный иностранец, а человек, который понимает вопросы и отвечает по существу, вела разговор в обычном темпе, без снисходительных упрощений. Дома, на общей кухне, та самая баварская соседка теперь регулярно затягивает Анну в разговоры о погоде, ценах на продукты и о том, чья очередь мыть плиту, и Анна отвечает, иногда путая падежи, но не теряя нити разговора.
Бегло Анна не говорит и сама первая это признает: акцент заметен, иногда приходится переспрашивать, длинные научные тексты по специальности всё ещё читаются медленно. Но той девушки, которая молча кивала на кухне общежития, больше нет. Она справилась не потому, что у неё был особый талант к языкам, а потому что вместо надежды на переводчик в телефоне выбрала курс, тетрадь с родами существительных и год регулярных занятий. Этот путь открыт для любого, кто готов начать.